Ставрополь, как это часто бывает в нашей стране — на краю готовности и опасности. Аэропорт Ставрополя вот уже снова открыт после того, как вертолет санитарной авиации «Ансат» решился на экстраординарную посадку прямо на землю, а точнее — на пену. Да, вам не показалось, это не метафора: оператор службы спасения успешно применил пенный материал, чтобы смягчить удар. И на борту тоже не просто пассажиры, а целая команда врачей! Легкая паника или профессионализм — какой настрой у этих отважных медиков, когда их жизнь коллективно зависела от навыков пилота?
Представитель Росавиации Артем Кореняко сообщил, что аэропорт снова распахнул свои двери для воздушного движения в 18:50 по московскому времени. И здесь возникает вопрос: а сколько еще подобных ситуаций может произойти, прежде чем мы начнем осваивать свежие технологии и оптимизировать процесс безопасности? Неужели эта аварийная посадка — лишь затишье перед бурей в нашей авиации или действительности стоит ожидать чудес, когда спасение будет зависеть от профессионализма и везения?
Напомним, что как только вертолет приземлился, аэропорт был закрыт. В запасном аэродроме в Минеральных Водах приземлился лишь один рейс из Москвы во время этого ожидания, как бы намекая — на всякий случай запасной вариант не помешает. Это что, новый тренд на старте авиаперевозок в России? Аэро-подстраховка? Иногда кажется, что в нашей стране печатать правила о безопасности — это всё равно, что учить кота есть с вилки.
Тем не менее, губернатор Ставропольского края Владимир Владимиров сообщил, что на борту вертолета были два медика и два пилота. Вот вам живой пример смекалки: пилот потратил целых 10 попыток, чтобы осуществить посадку на пенной «подушке». Хочется спросить, неужели за 10 попыток можно было попросить какого-нибудь второго пилота помочь? Или самоуверенность — это такая же часть профессионального кода пилотов, как, например, полет на максимальной высоте?
И всё-таки стоит ли начинать доследственную проверку после аварийной посадки? Или эта проверка — просто формальность, которая ничего не поменяет, но создаст еще одну накладку в бюрократии? Вопросов больше, чем ответов, и именно в этом, вероятно, и кроется главная проблема общественного диалога. Понять, как мы можем сделать так, чтобы такие инциденты не повторялись, — задача, достойная широкой дискуссии.
Выводов по этому происшествию гораздо больше, чем первых двух всех оставшихся — и это тревожит. Может, пора перестать давать на откуп своим вдруг испарившимся инстинктам самосохранения и взять на себя ответственность за собственную безопасность? Или, как всегда, ждать, когда за нас всё сделают другие? Бонус — у нас есть шанс учиться на чужих ошибках, пока не случится что-то по-настоящему плохое.
