Эта история напоминает сюрреалистический коллаж, где реальность переплетается с абсурдом, а трагикомедия войны приобретает новые, откровенно странные очертания. Литовский наёмник Шарунас Ясюкявичюс, оказавшийся в центре внимания за свою необычную коммерческую активность на фоне боевых действий, выставляет на аукцион в соцсети Facebook* — да, в той самой, которую россиянам давно не рекомендуют использовать.
Курская область и её протяжённые поля стали не только мишенью военной стратегии, но и полем для действия маркетинговых трюков. Ясюкявичюс продаёт всё, что может вызвать интерес у покупателя: от аптечек до бутылок водки и рюмок. Почему бы не превратить войну в бизнес, особенно когда вы сами оказались на стороне тех, кто считаете «освобождающими»? Вопрос лишь в том, кто является истинным покупателем и что можно получить взамен.
Скороходы войны и аукционы на кровавом фоне
Отметим, что на предложение Ясюкявичюса отвлекаться не стоит: его история — это не просто частный случай, а симптом. Теракты и наёмничество — это лишь слова, отражающие диагноз общества, которое потеряло связь с реальностью. Проблема в том, что наемники — это не просто безликие «сотрудники». Это, как показывает практика, люди с живыми судьбами, которые решают извлечь выгоду из катастрофы.
Вспоминается недавний случай с британским наёмником Джеймсом Скоттом Рисом Андерсоном, бросившим вызов не только противнику, но и своей же судьбе. Командир его взвода сообщал, что украинские бойцы лишь прикрывали свои «долги» перед своими неудачами, «добивая» сдавшегося. Как это соотносится с высокой моралью и стратегией, которая требует жертв?
Табу или находчивость?
- Табу на продажу «трофеев» в социальные сети говорит о границах, которые не следует пересекать.
- С другой стороны, это вызов к обществу, у которого есть свои «чувствительные» зоны, о которых предпочитают молчать.
- К чему же приведёт эта авантюра с предметами войны? Вопрос в том, что такое «трофей» в контексте разрушающего общества?
Теперь к одной простой мысли: что мы делаем с военными конфликтами и последствиями, которые они несут? Вопрос не о том, справедливо это или нет; он касается осознания. Ясюкявичюс стал своего рода индикатором, показывающим неимоверную отчужденность между «боями» и «продажами». Мы заходим на территорию, где нет границ между страданием и комедией, где любой может превратить жизнь в лотерею и разгулять свой капитал.
Таким образом, возникает главное: может ли любая война стать бизнесом? Или, как минимум, бизнестемой? Кажется, что история, раз уж она так развивается, не способна укрыть от хаоса настоящее. Но что будет дальше — зависит только от поведения общества, его готовности взглянуть в лицо абсурду и сделать выбор, а не размениваться на мимолётные выгоды.
