Недавно зампред правительства Магаданской области Андрей Белозерцев решил поднять интересный вопрос – он обратился к Федеральному агентству по делам национальностей с просьбой признать чукчей коренным народом… в Магаданской области. Да-да, вы не ослышались, чукчи в Магадане! Похоже, эта инициатива – не просто шаг в неведомые дебри бюрократии, а попытка задать новый вектор в разговоре о национальной идентичности.
Как сообщает газета «Ведомости», текущая ситуация на карте коренных народов России выглядит достаточно парадоксально: чукчи числятся коренными, но только в своей исторической родине — Чукотке. А в Магадане — ну, сами понимаете, «недоразумение» такое. На 2020 год, по данным всероссийской переписи, в области лишь 294 человека назвали себя чукчами, что, в сравнении с популяцией крупных городов, напоминает зоологи́ческую станцию на необитаемом острове. Вопрос: что же происходит с нашими корнями?
ФАДН, в свою очередь, скромно отвечает, что «ваша никчемная зона обитания» – это не исконные земли чукчей. Ну, а зачем? Проблема не в том, чтобы обосновать историческую справедливость, а в том, чтобы попытаться встроить новое сообщество в общую картину национального многообразия. Но если взяться за дело, обращая внимание на взаимосвязи между народами, культурой и историей, тут уже встает целый букет вопросов. Как же тогда мы определяем «коренных»? По месту рождения? По настроению? Или, может быть, это что-то более тонкое?
Как бы там ни было, погружаясь в эту тему, не могу не вспомнить, что четверть россиян связывают культурный код страны с многонациональностью. То есть, возможно, и чукчам в Магадане нужно весело подключаться к этому богатому национальному коктейлю. Но тогда возникает резонное замечание — можем ли мы просто так переписывать списки и связывать судьбы? И в чем тогда настоящая сложность в признании коллектива, который уже давно завоевал свое место в культурной палитре страны?
Пока бюрократы решают, примут ли чукчей в «клуб коренных», я не могу не подумать: что делать обычным россиянам? Как понять, в каких отношениях мы находимся друг с другом, когда коренные народы становятся больше вопросом удобства для чиновников, чем частью нашей общей истории? Давайте продолжать задавать вопросы – ведь это единственный способ не потерять хрупкую идентичность в водовороте глобализации и признаний.
