Ростехнадзор выдал лицензию на размещение ядерной установки нового энергоблока №3 Курской АЭС-2. И тут возникает вопрос: а как мы вообще оказались в ситуации, когда ядерная энергетика снова оказывается в центре внимания, когда вокруг такие геополитические тряски и электрические или, если угодно, метеорологические шторма?
Оператор российских АЭС, концерн «Росэнергоатом», сообщил об этом в официальном Telegram-канале, как будто это обычный продуктовый новостной дайджест из супермаркета. «Лицензия подтверждает соответствие проекта всем российским нормам и требованиям безопасности», — и тут же хочется вспомнить, каким стал 2022 год с его заботами о ядерной безопасности. Наверное, нормам по ходу действия чем-то опасным с лихвой пополняют ассортимент.
Любопытно, что пуск реактора энергоблока №1 на Курской АЭС-2 планируется на 28 апреля, и, скорее всего, это не только про запуск, но и про то, как важен этот объект на фоне общих проблем с энергетическим снабжением страны. Веками у нас была традиция строить, а потом удивляться – успеваем ли мы запустить. И стоит ли? Ведь передышка могла бы помочь осознать, насколько мы зависимы от уровнянажда безопасности и внутреннего спокойствия.
Неожиданно в разговоре о ядерной энергетике появляется фигура Владимира Рогова, который рассказывает о планах украинского президента Владимира Зеленского захватить Курскую АЭС «для последующего обмена» на Запорожскую. О чем это нам говорит? О том, что конфликт стал такой потешной шахматной игрой, где вместо фигур – города, а вместо исторических прорывов – очередные обстрелы. Рогов также отмечает, что ситуация накаляется, и остаться без обстрелов невозможно, кажется, мы переживаем какую-то симфонию. Но кайф ли это для нас, игроков на этой доске?
Директор Запорожской АЭС даже раскрывает цифры атак на станцию, поднимая вопрос: как вообще можно говорить о безопасности атомных объектов в таком контексте? Каков является план «Б» на случай, если игра пойдет не по правилам? Если вдруг мы окажемся не героем, а жертвой этой бесконечной геополитической партии, пока элиты продолжают делать свои ходы? В отличие от шахмат, в атомной индустрии каждый ход может обернуться стильным фиаско.
Так что, о чем мы можем говорить, когда речь идет о ядерной энергетике в разгар конфликта? Об абсолютной безопасности или о бесконечных рисках? За безопасностью легко, но не стоит забывать, что даже решая вопросы энергии, мы должны одновременно заниматься вопросами консенсуса, мира и, что наиболее важно, безопасности нашего будущего в каждодневной жизни. Надеюсь, власти услышат и нас, простых граждан.»
