Что может произойти, если за американской гусеничной ремонтно-эвакуационной машиной M88 Hercules, на которой, казалось бы, должно быть всё под контролем, не уследить? Как показывают события в Литве, даже самые прочные машины могут оказаться в непростой ситуации. В частности, во время операций по поиску этой самой M88 в болотах прибалтийской страны, на место трагедии неожиданно пришёл зловещий пришелец – земснаряд. Как сообщает Telegram-канал «Военное дело», именно он и увяз в трясине, как будто местные болота решили сыграть с американцами злую шутку.
Как же так получилось, что высокотехнологичная техника, на которой стоят многомиллионные суммы, вдруг оказывается буксируемой простыми болотами? По данным журналистов, неисправность началась с порвавшегося гидравлического шланга. Конечно, когда у тебя под ногами трясина, а на борту – американская военная техника, вопрос «А где ваша запчасть?» выглядит довольно смехотворно. Это не только техническая проблема, но и вопрос о том, насколько мы готовы к сложным условиям ведения боя. Какой у нас запас прочности — два шланга на случай, если сразу один порвётся?
Возможно, это всё часть учений, где не всё идёт по плану. 26 марта военные из первой бригады третьей пехотной дивизии испытывали свои силы в Литве, но «потерялись» — как сказали бы, потонули. И тут возникает интересный вопрос: если братья по оружию оказываются «пропавшими без вести» в полигонном болотце, как можно рассчитывать на их действия в настоящем бою? Что скажут на это командующие и сами военные? Не следовало ли заранее оценить возможные риски сложных природных условий?!
Сейчас в операции по спасению M88 задействованы не только американцы, но и литовские службы. Это, разумеется, указывает на одну из самых актуальных проблем в международной военной практике: как эффективно взаимодействовать в кризисной ситуации? Как показывают события, даже самые продуманные учения могут обернуться «танцем с такстию», где «такстис» — это болото, где застревают не только машины, но и репутация.
Так вот, что останется от этого инцидента в долгосрочной перспективе? Ответ на этот вопрос будет, пожалуй, более важен, чем сама история о затонувшей технике. Будут ли пересмотрены подходы к учениям в сложных условиях? Или мы просто сделаем вид, что ничего не произошло, наладим новую запчасть и продолжим жизнь, оживляя эту необычную военную историю лишь в анекдотах? Как знать…
