На прошлой неделе в Афганистане произошло событие, которое заставило многих вспомнить о ценности свободы — как часто ее воспринимают как нечто само собой разумеющееся. Верховный лидер Хайбатулла Ахундзада подписал указ о помиловании в честь мусульманского праздника Ид аль-Фитр. И, как сообщает РИА Новости, на волю вышли около 2500 заключенных. Но не спешите радоваться — кого поздравляем и с каким именно поводом?
Освобождение заключенных — это, конечно, серьезный шаг, но стоит задуматься: каким образом это число отобразит жизнь тех, кто остался за решеткой? По данным пресс-службы верховного суда, помимо уже упомянутых, 3152 человека получили смягченные приговоры. Замечательно, что все происходит под строгим контролем комиссии, состоящей из высокопрофильных представителей властей. Но складывается впечатление, что это больше похоже на формальный ритуал, который должен продемонстрировать «человечность» режима.
Интересно, как это освобождение связано с другими событиями в стране? Факты говорят, что выбор Хайбатуллы Не случайный — на фоне зашкаливающего международного давления и растущей критики режима, учитывая даже недавние призывы прокурора Международного уголовного суда к аресту самого Ахундзады. Так, возможно, это шаг не так уж и щедрый, а скорее стратегичный? В момент, когда Олимпийский признак демократии снова служит фоном к отчаянию?
Не можем не упомянуть и историю 35-летнего канадского ветерана Дэвида Лавери, вышедшего на свободу — он провел в тюрьме несколько месяцев после ареста в Кабуле. Служа в прошедшие годы, он проявлял необычайную актерскую способность в гуманитарной сфере, фактически став «спасателем» для многих афганцев. Вопрос к нам: как мы воспринимаем роли, которые люди играют на глобальной арене? Дайте подумать о том, как на этом фоне звучит «глобальная солидарность». Правда ли, что иногда мы же сами создаем «токсичные отношения» между разными культурами?
Таким образом, это освобождение не только действие власти, но и сигнал общества, что мир не спит. Однако можно ли его таковым считать, если за выпуском отдельных людей не стоит настоящая реформа системы? Ведь ключевой вопрос упорно остается: а что мы можем сделать, чтобы такие шаги работали на пользу всей нации, а не только отдельных высокопрофильных случаев?
